Агни Йога - подборка по теме: "Труд" (часть 19)
Братство, 315. Нелегко собрать братство в полном
созвучии. Пусть будет малочисленная группа, но без противоречий; и сойтись, и
разойтись легче малому сборищу. Всякая насильственная связь противна понятию
Братства. Даже пусть будут лишь трое, но их согласие будет сильнее колебания
сотни. Колебание и смущение будут вредны не только людям, но и космически.
В давние времена назначались длительные испытания, чтобы
собрать ядро духовно-согласное. Но одна длительность не решает задачу подбора.
Годы и годы может таиться семя злое. Чувство сердца может лучше подсказать.
Слишком легко люди употребляют понятие высшее, но лишь немногие умеют хранить с
полною любовью. Такое хранение не в жестах и поклонах, но в сердечной
неразрывной привязанности. Для одних, связь будет оковами и узами, но для
других, она есть лестница восхождения.
Невежды, с омраченными сердцами, скажут — туманна такая
лестница, ибо им по ней не взойти. О Братстве тем более нужно уяснить, что уже
скоро люди будут искать сотрудничества. Всякое
ободрение такому сотрудничеству будет нужным. Так во
всем мире будет проявляться уважение к труду. Труд будет противоядием против золота. Но много раз придется
говорить о красоте труда.
Братство, 318. Работоспособность должна быть воспитана, иначе она может
пробыть в дремотном состоянии. Также и работоспособность в Тонком Мире должна
быть развиваема. Но путь к этому должен соответствовать условиям Тонкого Мира.
Много земных способов для приближения и осознания Тонкого Мира, но никакая
насильственная условность не может создать лучших сочетаний с Тонким Миром. Как
во всем Бытии нужно естественное осознание сотрудничества.
Оно может быть осознано или менее осознано, но оно должно наполнить
чувствознание. Человек должен постоянно чувствовать себя в двух Мирах. Не
говорю об ожидании смерти, ибо она не существует, но говорю о труде,
как земном, так и тонком. Такое прилежание к труду
тонкому, вовсе не должно отрывать от труда земного,
наоборот, оно лишь улучшит его качество. Напрасно люди не думают о Тонком Мире
— и во снах, и наяву они могут мысленно принимать участие в самых возвышенных
заданиях.
Братство, 319. Наполняясь возвышенными заданиями, человек готовит себя к
таким же областям. Постепенно он настолько сживается с таким образом мышления,
что он начинает всецело принадлежать к столь же прекрасной жизни в Тонком Мире.
Земная жизнь есть миг, который не имеет соизмерения с Высшим Миром, потому
разумно и в кратком мгновении почерпнуть пользу для длительного.
Братское сотрудничество приближает
к возвышенным заданиям.
Братство, 324. Особенно трудно помочь людям,
вовлеченным в карму. Можно заметить, что каждое доброе действие встречает
какое-то противодействие от самого, кому помощь посылается. Тем подтверждается
наличность особой энергии, называемой охранительницей Кармы. Утруждающие Карму
как бы встречают отпор. Каждый может припомнить, что его полезные советы
вызывали отпор, самый необъяснимый. Люди, считавшиеся разумными, иногда
начинали говорить вопреки своей пользе. Следует тогда искать причину в
Кармических причинах. Хранительница Кармы очень сильна.
Братство, 327. Гималайские сияния наблюдались многими учеными, но, все
же, для невежд они остаются под сомнением. Также и нежгучее пламя Гималаев,
хотя его наблюдали и прикасались к нему, по прежнему остается в сказочных
пределах. Каждое световое явление имеет в основании энергию, но такая сила
отрицается. Даже световые звезды или вспышки, видимые многими, относятся к
глазным ненормальностям. Конечно, этому убогому пониманию противоречит, что
такие явления видимы одновременно несколькими людьми. Но обычно люди не
осведомляют друг друга об ощущениях и видениях. Таким образом, многое остается
незамеченным. Потому и молнии мысли для большинства будут лишь фантомами. Между
тем, многие животные называются электрическими, ибо сохраняют в себе
значительный запас энергии. Также и некоторые люди могут быть названы
электрическими. Неужели трудно представить, что их
мыслительная энергия может быть видима, как сияние вспышки, особенно когда
может произойти скрещивание токов? Нужно уметь держать глаза открытыми. Нужно
потрудиться наблюдать, иначе много замечательных
явлений пройдет незамеченными. Гималайские сияния могут быть достаточным
примером.
Братство, 338. В понятии Братства наука о мысли имеет огромное значение.
Когда согласие основано не на условном договоре, но на сердечном сотрудничестве, тогда явление мысли особенно понятно и
повелительно. Не нужно удивляться, что понятие Братства требует столько
созвучий. Эти звучания радостны.
Братство, 341. Мысль есть закон Мира. Нужно понять этот закон во всей
полноте. Мысль не есть только словесное выражение. Область мысли есть и область
мыслительной энергии. Именно это обстоятельство упускается из виду, и мысли
уделяют лишь малую распространенность. Такое ограничение мешает представить
мысль за пределами планеты, иначе говоря, лишает ее величественного смысла.
Мысль, так же как и мыслительная энергия, именно, получает должное значение,
когда понимается за пределами Земли. Нельзя ограничивать мысль сферою земною,
иначе волны радио смогут состязаться с величайшей энергией. Ущемление
величайшей энергии служит умалению и человеческого мышления. Действительно, чем
больше человек стеснит свои возможности, тем больше он отрежет себя от великого
сотрудничества.
Мысль должна изучаться в лучших научных учреждениях. Мысль
должна быть поставлена во главу физических условий жизни.
Братство, 346. Единение есть легкокрылая мечта человечества, когда же
мечта приближается к намерениям, уже немного остается последователей.
Претворение намерения в действие уводит большинство. Так утверждение единения
есть стремление к высшему закону, который с трудом
вмещается человечеством в его современном состоянии. Но каждый, кто хочет
служить Братству, не боится даже самых не принятых большинством понятий. Пусть
стремление к единению найдется лишь в исключительных сознаниях. Каждое здоровое
место должно быть охранено. Так начнет нарождаться здоровая оболочка планеты.
Сейчас она весьма отравлена.
Братство, 349. В больших хранилищах можно найти много замечательных
предметов, но знатоки и исследователи иногда предпочитают искать среди малых
неизвестных сокровищниц, и такие поиски дают незаменимые нахождения. Так и во
всем следует широко осматриваться, чтобы не упустить новое ценное сотрудничество. Уже указывалось, что кто-то стотысячный
принесет полезные камни для строения, но несущего тяжесть нельзя толкнуть на трудном пути его. Не следует заподозрить и укорить его.
Цемент постройки не должен застыть раньше срока. Также и путники не могут
поспеть быстрее сил человеческих. Особая радость видеть, как совершается
строение. Многие не верили, что местные камни достаточно прочны — они самостью
судили. Но рассвет покажет, где было суждение правильное.
Так не только в хранилищах великих, но и в сокровищницах
малых находимы драгоценности.
Братство, 350. Никто не может мгновенно преобразить сознание свое.
Требуется много сторонних условий. Только в прочном строении лягут камни,
нетревожимые землетрясениями. Каждый день мы закладываем новое построение.
Кто может радоваться каждодневному труду,
тот идет к Братству.
Братство, 354. Лунные воздействия и влияния солнечных пятен уже давно
обращали на себя внимание лучших ученых. Но почему другие, не менее
знаменательные явления остаются в небрежении? Лунные проявления, вроде сомнамбулизма,
остаются весьма грубыми, сравнительно с действием многих лучей и токов. Даже
утонченные организмы лишь с трудом усваивают, что их
самочувствие, прежде всего, зависит от пространственных токов.
Среди научных нахождений странно звучит утверждение, что
солнечные пятна способствуют войнам. Со стороны научного анализа, не лучше ли
сказать, что солнечные пятна порождают человеческое безумие — такое определение
гораздо ближе к истине, ибо химизм этот действительно отзывается на нервной
системе. При этом не забудем, что такое химическое воздействие весьма
длительно. Было бы неосмотрительно считать, что уменьшение солнечных пятен
немедленно устранит химизм в пространстве.
Также и последствия ядовитых газов действуют надолго.
Неразумно думать, что можно открыть окна, и яды испарятся. Они всасываются в
почву, в ткани, и действуют на внутренние органы бесспорно. При этом такие
воздействия настолько мало ощутимы, что только дальнейшие следствия обратят
внимание. Много отравления!
Братство, 357. Мир ужасен, ибо люди не хотят знать о Мирах надземных.
Люди отреклись от Братства, забыв о сотрудничестве и
единении.
Братство, 364. Невозможно продвигаться без осознания трех Миров. При
этом нужно принять их так же естественно, как свет Солнца. Многие твердят
заученные слова о Мирах, но не допускают их в сознание. Можно представить,
какая драма происходит, когда заложенные частицы Миров не допускаются до сотрудничества с соответственными сферами? Правильно сказано,
что человек тюремщик себе.
Братство, 371. Ужас перед необычным связывает людей, как в малом, так и
в великом. Один боится сдвинуться с места, другой страшится явлений Тонкого
Мира. Потрясение от прикасания к Тонкому Миру понятно, вследствие разницы
вибраций. Но трудно понять, почему большинство людей
боится всего необычного. Каждый новый ритм уже ожесточает людей. Когда люди
что-либо отвергают, ищите в страхе или в предчувствии большего ритма. Негоже
для Братства такие страхи перед необычным!
Братство, 376. Наверное будут спрашивать, как далеко может
воздействовать мысль? Мгновенно, но она должна быть воспринята, как жданная.
Нужно уметь сохранить эту жданность, даже среди усиленного труда.
Невозможно забыть такую возможность, даже когда существо устремляется в любимую
область. Готовность есть истинное мужество.
Братство, 378. Мысль не умирает в пространстве. Горизонтально и
вертикально мысль проходит пространство. Нет предела распространения ее. Но
ничто не может пребывать в одинаковом состоянии. Знаем о нерушимости мысли, но,
значит, с нею происходит трансмутация и нужно знать, во что претворится мысль?
Она вольется в чистый огонь. Получается прекрасный круг. Из огня возникает
энергия, — созидательная мысль и через горнило земное опять приобщается к огню.
Круг замыкается и энергия обновленная восходит зарождением к новому труду. Круги завершенные можно наблюдать и во всем
мироздании. Но эволюция мысли будет особенно величественна. Разве такое
осознание ценности мысли не понуждает человека напрячь свою мысленную энергию?
Пусть каждый поймет, какая мысль будет особенно творческой. Пусть в сердце
человек взвесит, которая мысль ему пристойна. Так происходит отбор ценностей.
Братство, 379. Братство в своей сущности есть школа мышления. Каждое
действо Братства уже есть выражение мысли полезной человечеству. Каждое новое
сознание будет приветствоваться Братством и найдет в нем опору.
Правильно, что одновременно в разных странах
приветствуются сотрудничества, такая ткань будет
достойна Матери Мира.
Братство, 388. Кооперативная работа укажет пути нового строения, но
следует явить чуткость к явлениям жизни. Явление нарастания широко звучит. Наша
Община не есть насилие, она есть добровольное сотрудничество.
Явление понимания готовит светлых вестников.
Братство, 393. При посылках мысли следует выбирать слова звучные и
необычные. Не повторяйте их и не осложняйте посылки. Можно повторить для
вразумления, но нельзя повторить то же слово в разных смыслах. Главное, чтобы
не возникали мелкие думы, прорезающие основу мышления. Такие малые мухи трудно истребляемы, но они и дают серую окраску излучению.
Человек полагает, что никто и ничто не мешает его мыслям, но, в то же время,
его сознание полно крошечными головастиками, и мышление обращается в болото.
Братство, 396. Йогам знакомы приступы как бы внезапной сонливости и
усталости, называемые облаком ведения. Конечно, Йог знает, что в это время его
энергия истекает, привлеченная мощным потоком пространственного течения. Йог
знает, что он принял участие в Великом Служении на пользу человечества. Можно
различать многие виды таких служений. Иногда только забытье ощущается, но
иногда тонкое тело устремляется, чтобы принять участие в неотложном действии.
Тогда лица могут видеть такое тонкое тело как видение или ощущать невидимое
присутствие. Явления таких действий на расстоянии бывают мгновенными. Не
требуется земного времени для длительных бесед и воздействий. Когда же йог
чувствует наступление момента забытья, он отдается такому повелительному
призыву, иначе он может упустить возможность сотрудничества
в чем-то великом. Особенно показательно, что такие общения происходят и на
дальних расстояниях, и с лицами совершенно незнакомыми. Тем замечательнее
магнит притяжения на основании мыслительной энергии. Много можно замечать
явлений, которые обычно пренебрегаются.
Братство, 401. Пора понять насколько путь человеческий направлен к сотрудничеству. Не будет прочно государство без утверждения сотрудничества. Не заоблачные мечтания, но требование срока
эволюции. Так не будем считать отвлеченностью, когда нам предлагают меру
спасительную.
Братство, 406. Неверие не есть только принадлежность духовных
обсуждений. Оно принадлежит ко всем областям знания. Особая порода людей
подвержена неверию. Они лишают себя всякого творчества. Они не могут быть
изобретателями. Они не знают вдохновения. Такие неверы могут затруднять движение эволюции. Их много и они умеют осуждать
все, что не вмещается в их сознании. Не будем брать пример с ходячих мертвецов.
Братство, 416. Да, да, да, обычная ошибка в том, что люди, даже
допускающие тонкие энергии, неправильно представляют себе их действия.
Появление тончайших энергий представляется чем-то громоподобным и физически
поражающим. Невозможно представить людям, что их земная природа делает высшие
энергии почти немыми и неощутимыми. Конечно, внутреннее воздействие будет
громадно, но мало сознаний, настолько подготовленных, чтобы воспринять эти
высшие Касания. Не нужно думать, что можно неподготовлено принимать посылки
дальних миров. Не следует огорчаться, если двойная природа, и земная, и тонкая
не легко проявляются совместно. Придется опять вспомнить о земном сотрудничестве, которое усваивается с трудом.
Оно часто возбуждает самые низкие страсти, вместо проявления разумного труда. Если даже сотрудничество редко
уживается в малых кругах, то насколько труднее воспринимается
синтез тончайших энергий! Говорим не для огорчения, но для привития терпения и
устремления.
Братство, 418. Неповторимость опытов с тончайшими энергиями часто
отвращает внимание ученых. Но они забывают, что не энергия неповторима, но они
сами. К тому же не умеют они создать повторимые условия, окружающие опыты.
Много раз приходилось вам замечать, насколько различны привходящие
обстоятельства. Но даже весьма умудренный ученый не придает значения очень
разнообразным условиям. Прежде всего, он не обращает внимания на свое
настроение, но состояние нервных центров будет решающим для многих опытов.
Также забывается и качество сотрудников, принимающих
участие в опытах. Но даже в древности, а затем алхимики, очень понимали
ценность сотрудничества. Они знали и значение пола. Они
не отрицали лунное воздействие и силу явленных планет. Но сейчас такие
первобытные условия считаются почти колдовством. Невозможно уговорить людей,
что они носители разгадки многого.
Братство, 424. Также нужно понять значение взаимоуважения, которое лежит
в основании Братства. Нужно признать глубокий смысл взаимности, когда
удесятеряются силы. Не будет брат осуждать брата, ибо знает, что осуждение есть
разложение. Мудро поможет брат на каждом повороте пути. Итак, сотрудничество есть, прежде всего, научное действие.
Братство, 425. Когда сопоставляем фазы нарастания сознания с научными
методами, мы вовсе не желаем иссушить прекрасные источники, наоборот, мы хотим
создать прочные истоки энергии. Наука должна укрепить пути к высшему
познаванию. Наступило время, когда древние символы знания должны претвориться в
научные формулы. Не будем унижать такой процесс очищения мышления. Научимся
находить союзников в самых неожиданных областях. Не враги, но сотрудники будут познаватели всех сил Природы.
Очевидность напомнит о глубинах действительности. Так
вместо рассечения живого организма будем слагать объединение сознания. Пусть не
называют Нас мечтателями, ибо любим точное знание, поскольку оно может быть
точным.
Братство, 426. В школах должен быть введен предмет — синтез науки. Из
него учащиеся усмотрят, как тесно связаны многие отрасли познания. Они увидят,
как велик круг науки! Они поймут, что каждый ученый соприкасается с целым рядом
научных областей. Если он не может вполне познать их, то, по крайней мере,
должен понимать их задачи. При ознакомлении с синтезом учащиеся могут
сознательнее выбрать свою ученую деятельность. Не забудем, что до сих пор такой
выбор был весьма случайным, покоясь часто на смутных традициях семьи. Также беспомощно
проходил учащийся разрозненные школьные предметы, не понимая, почему, именно,
эти предметы необходимы. При изучении языков обычно не указывалось, какие
преимущества дает каждый из них. Потому так часто замечалось вялое отношение к
познанию. Это было не леностью, но просто незнанием смысла и цели предмета.
Если каждый научный предмет должен иметь увлекательное введение, то синтез
науки просветит к труду самое малое сознание. Не
следует думать, что такой синтез может быть воспринят лишь в старшем возрасте.
Именно в начальных занятиях дети особенно легко усваивают широкие взгляды.
Конечно, изложение такого синтеза должно быть увлекательно.
Братство, 434. Существует древнее хранилище, о котором вы слышали.
Братство сохранило неоценимые памятники времен древнейших. Есть люди, которые
видели эти многоэтажные хранилища. Подражая основным трудам
Братства, люди могут объединиться в полезных сотрудничествах.
Братство не миф, и подражание ему будет также решительным построением. Не
запрещается подражать чему-то высокому. Во всех Учениях предлагается испытывать
себя, сопоставляя с самыми лучшими и трудными
достижениями. Поставив перед собою высокое задание, можно достичь не малых
следствий. Все опасности представятся, как смешные призраки.
Братство, 436. Братское сослужение может начинаться, где отставлено
взаимное осуждение. Обсуждение не есть осуждение. Могут быть братские действия,
не понятные немедленно. Можно осведомиться о причинах, но нельзя по неведению
произносить осуждение, которое подобно ножу острому. Братья настолько уважают
друг друга, что не заподозрят недостойное действие со стороны брата. Они поймут
любое положение и помыслят как подать помощь. В таком сотрудничестве
не будет ни малейшего принуждения. Но взаимное понимание рождается не мгновенно
— требуется известный срок, чтобы сгармонизировать центры. Потому в древности
полагали известное время, как испытание для вновь приходящих. Они могли в
течение этого срока покинуть Братство без тяжких последствий. Срок мог быть от
трех до семи лет, но потом предательство уже повлекло бы самые тяжкие
последствия. Не нужно рассматривать их, как жестокость, ибо убежавший во время
грозы, может быть убит молнией. Сама быстрота его бегства лишь усилит
опасность.
Братство, 438. Во всех опытах не следует предаваться излишеству. Вообще
излишества недопустимы, они противны равновесию. Человек, как совершенный
микрокосм, не должен нарушать равновесия, которое дается с таким трудом.
Братство, 441. Мы обо всем уже знаем — говорят неисполняющие основ
жизни. Каждый может встретить эту похвальбу о всезнайстве и каждый может
поражаться невежеству таких крикунов. Невозможно не скорбеть о наглых
заявлениях. Пусть эти личности испытают на себе свое явленное невежество. Они
подтвердят на себе, откуда столько несчастных в мире. Не утрудимся
твердить о причинах несчастья.
Братство, 450. В чем же преуспеяние? Некоторые полагают, что в
непрестанном познавании нового. Не будет ли такое устремление однобоко и не
нужно ли добавить к нему упорядочение старого. Не раз можно было убедиться, что
люди отвлеченно стремились к чему-то новому и продолжали пребывать в старом
свинарнике. Некто читает лекции о чистоте, а сам весьма грязен. Будет ли такое
преподавание убедительным? Или ленивец призывает к труду,
но кто же ему поверит? Не убоимся повторить такие примитивные примеры, ибо ими
полна жизнь.
Кто мыслит о гармонии, тот знает, что дом не нов, где
приютился старый сор. Между тем, можно видеть, как прекрасные достижения вянут,
ибо не могут расти в соре. Не только прискорбно видеть такую судьбу полезных
достижений, но печально, что их разложение надолго засоряет уже найденные пути.
Вот почему говорю о равновесии.
Братство, 464. Чаша, как и сердце, особенно близка понятию Братства.
Чаша бывает хранилищем всего любимого и драгоценного. Иногда многое, собранное
в чаше, на целые жизни остается закрытым, но если в чаше запечатлелось понятие
о Братстве, то оно будет звучать и радостью и тоскою во всех жизнях. У людей,
познавших даже в час трудностей и столкновений, понятие
о Братстве будет спасительным.
Братство, 465. Преднамеренные наблюдатели из действия и из реакции
усмотрят лишь свое предвзятое намерение. Если припомнить все извращенные факты,
то можно ужаснуться, сколько уже найденных достижений было разрушено.
Невозможно представить продвижения, если бы не было оно запятнано
преднамеренными уловками! Много причин к преднамеренности — первая будет
невежество, затем будет злоба, зависть, нежелание удачи, нелюбовь к новому, так
многие позорные свойства искривят факты. При таком положении легко ли
приступить к познанию великой энергии?
На каждом шагу встречаются непонимания и зложелания. Нужно
иметь особое воспитание воли, чтобы принять такие препоны, как нечто
неизбежное. Но если человек найдет в себе достаточно твердости превозмочь такие
трудности, то, все же, сколько удачнейших стечений
энергий будет упущено.
Братство, 467. Полезность широкая будет украшением кооператива. Пусть
вредоносность не будет допущена ни под каким покровом. Так будем приближаться к
понятию Братства.
Будем помнить, что самый трудный
час может быть преддверием нового достижения.
Братство, 468. Всегда помните о молодых сотрудниках.
Помните, что всегда можно найти их. Помните, что они ждут вас даже под разными
одеждами. Под устремлением не ясным, они, все-таки, готовы принять слово о
новом достижении. Пусть через все области науки прозвучит призыв к правде
просторной. Пусть каждый, хотя бы через физическую культуру, начнет мыслить о
культуре духа. Пусть биология напомнит о нескончаемой жизни. Если кто любит иноземные
слова, не препятствуйте, ибо пути беспредельны. Когда кто-то смущается,
ободрите, ибо смущение, нередко, есть знак мысли затаенной. Когда кто-то
смотрит мрачно, не есть ли это признак обманутой надежды? Одно слово о
Беспредельности может дать крылья. Когда кто-то молчит, может быть он ищет
наиболее выразительное слово, ободрите взглядом. Можно перечислить много
мостов, по которым перейдут поток молодые друзья. Но главное остается, что
велика наличность молодых сил. Нужно запомнить это всем, кто качает головой в
неверии.
Братство, 471. Счастье Учителя в том, чтобы ободрить учеников к дерзанию
о Прекрасном. Не помогут этому достижению перечни скучных мертвенных событий.
Учитель должен сам гореть, чтобы одно приближение его уже передавалось огненно.
Трудна такая повседневная задача, но люди испытываются,
именно, на повседневности, которая будет сестрою Беспредельности.
Братство, 479. Невозможно людям понять, по каким признакам оценивать
действия. Вот мнение, блестяще выраженное, но в Высшей оценке оно не признано
превосходным. С другой стороны, мнение, сказанное с запинками, полное
застенчивости, заслужит радостную похвалу. Поверхностному наблюдателю не
понятна такая оценка. Блеск бывает на поддельных камнях. Вдумчивость может
выражаться и в очень своеобразных словах. Где больше внутреннего горения, там
должно быть и ободрение. Когда говорю о простоте, имею в виду непосредственную
убедительность. Когда идет речь о поднятии народного уровня, именно требуется
простота во всей убедительности. Такое качество нужно не только принять умом,
но и полюбить сердцем, из него произойдут и сотрудничество,
и братство.
Братство, 487. Отставьте все жаления о прошлом, не будем затруднять себе путь к будущему. Сами ошибки прошлого не должны
привязывать к себе внимание. Устремление к будущему должно быть так сильно,
чтобы не в устремленных назад глазах не померк свет. Оставим прошлое ради
будущего. Можно настолько устремиться в будущее, что во всех состояниях
навсегда останется такая благословенная устремленность. Каждое стремление к
будущему есть стремление к Братству.
Братство, 489. Многие слышали о Кумарах, но немногие правильно поняли
их. Явление какое-то надземное — так скажут, но забудут, каким трудом складывается достижение. Ученые уже начинают понимать,
как входит человеческая личность в пантеон героев. Таким же путем наслаиваются
и качества водителей человечества. Если они не пройдут страдания земные, они не
могут отзвучать на страдания людские. Если они не познают пота труда, они не смогут руководить людьми в их работе.
Самоотвержение, милосердие, сострадание, мужество куются в жизни. Ничто
отвлеченное не может слагать силу духа. Так пусть понимают Кумар, как истинных
Водителей.
Братство, 496. Учитель не однажды предупреждал об опасности, но ученики
удивлялись — откуда среди мирной тишины возникнет опасность? Учитель уже чуял,
где может быть зарождение опасности. Не будем пугаться опасности, но встретим
ее на дозоре. Также и о радости, не бросим работу, не отложим труд,
но упрочим его качество радостью.
Братство, 504. Где же в земном бытии искать проблесков Братства? Можно
найти признаки его среди очень простых тружеников, которые полюбили свои
работы.
Труд, любовь и братство живут
вместе.
Братство, 511. Знает ли человек о размерах своей деятельности? Может ли
человек определить рождение добра или зла от своих поступков, пока человеческое
мышление пребывает в оковах земных? Поистине, человек не знает размеров им
творимого.
Только мысль о надземном беспредельном Бытии уведет
сознание из темницы, но трудно сочетать надземное с
земным в человеческом представлении.
Кто умеет не опечалиться призрачными противоречиями? Кто
усвоит, что “чем выше, тем труднее"? Кто не
вздохнет, что приближение к Прекрасному не легко? Правда, озарение может быть
мгновенно, но это не значит, что дальнейший путь будет легок. В обычном земном
понимании человек, приближением к познанию, облегчает уже свой путь, об этом
нужно весьма договориться. Познание открывает пути, но было бы малодушием
предполагать облегчение пути. Каждая радость создает новую заботу, возрастает
сложность восприятий.
Говоря о Тонком Мире, люди радуются, что там мысль будет
единственным двигателем. Правильно, и сказать это вовсе не трудно,
но легко ли действовать мыслью? Для таких действий нужно уметь мыслить. Нужно
любить процесс мышления. Среди каждой деятельности нужно найти час для
нарастания мысли. К тому же нужно различать мысль, порожденную самостью, от
мысли Общего Блага.
Братство, 518. Хотящий повредить струнный инструмент злобно ударит по
струнам, чтобы порвать их и привести в полное расстройство. Не то же ли самое
происходит, когда вражеская сила вторгается, чтобы нарушить ритм труда? Только истинные труженики понимают значение ритма, они
знают, как трудно достигается такой ритм. Нарушение его
иногда равняется убийству или отравлению. Рука врага именно тянется, чтобы
разрушить такое одно из самых утонченных достижений человека.
Невежды скажут, что струны легко заменяются. Но даже явные
струны очень разборчиво избираются музыкантом. Много тоньше строение ритма труда. Нельзя залечить такие разрушения. Братство особенно
заботливо охраняет труд в его лучшем ритме. Пусть и во
всех содружествах также научатся обоюдно охранять труд,
в этом будет высокая мера взаимоуважения.
Братство, 519. Не думайте, что многие понимают прекрасное созвучие труда. Также немногие понимают различие между общей работой и
индивидуальной; для них это просто противоречие, между тем, это лишь эволюция.
Люди не должны терять индивидуальности, но в хоре каждый голос служит общему
успеху, и в таком понимании нужно вспомнить об основах Братства.
520. По всему миру, во всем, ищите Братство. Напрасно
думать, что высшие понятия осеняют лишь в исключительных условиях.
Братство, 528. Нужно всеми силами привлекать сотрудничество
науки.
Братство, 529. Привычка — вторая природа, — мудрая пословица,
показывающая насколько привычка одолевает человека. Именно, привычки делают
человека неподвижным и невосприимчивым. Можно подавлять привычки, но искоренить
их нелегко. Постоянно можно встретить людей, похваляющихся победою над
привычками. Но понаблюдайте обиход таких победителей, и найдете их рабами
привычек. Они настолько пропитаны привычками, что даже не чувствуют гнета
такого ига. Убеждение в свободе, когда человек закован в оковы своих привычек,
особенно трагично. Труднее всего лечить больного,
который отрицает свою болезнь. Каждый может назвать среди известных ему людей
подобных неизлечимых. Между тем, для усвоения понятия Братства необходимо
овладение явленными привычками. Под привычками Мы разумеем не служение добру,
но малые привычки самости.
У Нас принято испытывать приближающихся к Братству на
освобождении от привычек. Такие испытания должны быть неожиданными. При этом
лучше начинать с малых привычек. Чаще о них человек защищается больше всего.
Они, как родимые пятна, их относят к природным свойствам. Но у новорожденных
привычек нет. Атавизм, и семья, и школа дают наросты привычек. Во всяком
случае, привычка обихода есть враг эволюции.
Братство, 530. При познании истинных ценностей привычки обихода будут
ничтожны. Лучшее освобождение приходит при сопоставлении ничтожного с величием.
Не надо думать, что не следует говорить о малом на пути к Братству. Справедливо
пожалеть, что основы Содружества и Общины не поняты человечеством. Главные
враги сотрудничества будут малые привычки самости.
Но можно ли мыслить о Братстве, если даже сотрудничество не осознано?
Братство, 531. Если Миры на испытании, то и каждая частица их
испытывается. Можно предвидеть, что кто-то ужаснется от такого положения. Но
лишь недомыслие может препятствовать приветствовать закон эволюции. При
расширении сознания можно полюбить такое непрестанное движение. Неужели лучше
пребывать в несменной темнице ошибок и заблуждений. Напротив, много радостнее
чуять постоянное испытание, которое порождает чувство ответственности.
При каждом сотрудничестве на пути
к Братству ответственность будет основою продвижения.
Братство, 533. Уменье не насиловать чужую волю будет одним из труднейших испытаний. Насилие не дает доброго урожая, но
нужно, все-таки, вести и уберечь на опасных тропах. Много опытного и
заботливого руководства нужно приложить.
Братство, 542. Зовем к спокойствию и, в то же время, постоянно говорим о
битве. Следует понять эту борьбу, как трудовое
накопление сил. Невозможно напрягать энергию без труда,
но каждый труд есть борьба с хаосом. Так знание смысла
борьбы даст и спокойствие.
Нет противоречия, которое не подлежит осознанию.
Братство, 548. Благословенно истинное сотрудничество,
в нем есть пространственность. Как в каждой искре разряда электричества
непрестанно сверкает Беспредельность, так и совместный труд
рождает внепредельные следствия. Потому не назовем труд
малым и ничтожным. Каждая пространственная искра не может быть осуждаема
человеком. Качество пространственности должно быть почитаемо, как нечто
надземное. Так и труд есть горнило искр надземных.
Сотрудничество прекрасно, но тем
прекраснее будет Братство.
Братство, 550. Хочешь ли прославлять труд? —
покажи свою способность к нему. Не осуждай того, кто может трудиться
каждый день. Не обессиливай себя неравномерным трудом.
Судорога мускулов не есть сила. Так покажи насколько труд
сделался потребностью жизни. Только тогда твое славословие труда
будет достойным Братства.
Братство, 555. Не будем сомневаться, что делать нам в мгновения между трудами. Не забудем, что каждая частица времени может быть
использована для Высшего Собеседования. Радость в том, что постоянно нить
сердца может быть в общении с самым Любимым. Утверждаю, что голос любви не
требует долгого времени. Как поле трав наполнено разными цветами, так и среди трудов сияют зовы сердца; приближение к Братству означают
они.
Братство, 558. Поистине, не следует изумляться, когда психическая
энергия непроизвольно направляется на далекие расстояния по неотложной
надобности. Следует признать такое состояние неизбежным и помочь своей энергии
устремиться по магнитному ее притяжению, пусть трудится
на пользу.
Братство, 562. Спросят — как отличить приобщившегося к великому знанию?
Чем больше знания, тем труднее распознать носителя его.
Умеет он охранить Несказуемое. Не будет он прельщаться земными настроениями.
Ему можно поручить путь в Братство.
Братство, 565. Серебряная слеза — так называем высокую степень готовности
к испытаниям. Первое слово напоминает о нити серебряной, второе, о чаше
терпения. Следует постоянно напоминать себе, насколько понятие надземности
живет наряду с земным. Такое сознание очень трудно
удержать, ибо даже хорошие сознания могут однобоко мыслить в час испытаний. Не
будем утешаться, что нить серебряная прочна, лучше будем беречь ее, как нечто
хрупкое. Также не забудем, что чаша терпения легко переполняется даже в
обиходе. Не трудно судить о чужих обстоятельствах.
Испытания равновесия могут производиться над самим собою. Каждая такая победа
будет уже настоящим преуспеянием. Жизнь дает много возможностей таких побед.
Удержите в памяти каждую такую борьбу, при ней происходят поучительные процессы
мышления. Символ слезы для чаши терпения будет не случайным. Трудно
удержать свое негодование, когда видишь разрушение бессмысленное. Часто по
серебряной нити побежит жалоба о жестокостях людей. Учитель нередко пошлет луч
света, чтобы можно было заглянуть в даль. Только телескоп духа может покрыть
суждение.
Посев Армагеддона всходит, в этом будет найдена причина
причин.
Братство, 571. Не причиняй страдания — такой Завет дан Братством
путнику. Пусть поймет, насколько легче не причинять страданий, нежели потом
исцелять их. Пусть человечество откажется от причинения страданий, и немедленно
жизнь преобразится. Не трудно не мучить друга. Не трудно подумать, как избежать нанесения страданий. Не трудно вообразить, зачем потом лечить, если легко не
допустить болезнь.
Не причиняй страдания — Завет Братства.
Братство, 572. Неужели кто-то не представляет себе, как многообразно
оказывается помощь? Не надо думать, что способы помощи ограничиваются лишь
уставами благотворительных учреждений. Лучшая помощь оказывается нежданно, но
нужно принять ее. Много явленных встреч. Много неведомых писем. Много
неожиданных, как бы случайных книг посылается. Через много лет пытливый ум
сопоставит эти странные случайности и, если он не лишен чувства благодарности,
то пошлет свою признательность неведомым Хранителям. Но очерствелое сердце не
только забудет о принятой помощи, но и надсмеется над непрошеными Пособниками.
Братство, прежде всего, научит прекрасному чувству признательности.
Отрекшийся от сотрудничества
неминуемо впадет в рабство. Пусть осознают различные виды рабства, иначе
заклейменный раб будет воображать себя свободным и даже так привыкнет к своим
оковам, что будет считать их почетной цепью. Нужно понять, что при общественной
жизни может быть или свободное сотрудничество, или
рабство во всех его видах.
Братство есть явление высшего сотрудничества.
Братство, 575. Среди тысячелетий, как найти основоположника Братства?
Народы назовут и Раму, и Озириса, и Орфея, и многих лучших, кого сохранила
народная память. Не будем соревновать, кому из них отдать первенство. Все были
умучены и растерзаны. Соплеменники не прощают забот о благе общем. Пусть в
веках трансмутируется Учение и тем соберутся разбросанные части одного тела.
Кто же соберет их? Народная память утвердила и Ту, которая положит силы на
срастание живых частей. Помните, сколь многие потрудились
о Братстве.
Братство, 578. Чем же можно преградить путь зла? Только трудом на Земле. Мысль и труд,
направленные ко Благу общему, будут крепким оружием против зла. Нередко
начинают словесно поносить зло, но хула уже безобразна и невозможно бороться
посредством безобразия. Такое оружие негодно. Труд и
мысль прекрасная будут оружием победным, — таков путь Братства.
Братство, 582. Некоторые скажут вам — мы готовы понять Основы Братства.
Мы готовы построить сотрудничество, но мы окружены
такими несносными условиями, что нельзя проявить лучшую готовность. Истинно,
могут быть такие условия, которые не позволяют применить то, к чему уже готово
сердце. Не будем подвергать опасности неповинных тружеников. Они могут приложить
свое уменье в иных условиях. Пока же пусть мысленно строят Братство. Они могут
таким построением очищать окружающее пространство, и такая мысль будет уже
целебна. Но пусть они не впадают в самомнение, что уже достаточно строить
мысленно. Нет, путник утвердит явление достижения ногами и руками
человеческими.
Также хотя и побережем отягощенных, но предупредим, чтобы
они не поддались неоправданному страху. Не может быть размышления о Братстве,
когда ум скорчится от страха. Самый лучший доступ к Братству затемняется
боязнью. Не забудем, что люди привыкли бояться всего и всегда.
Братство, 583. Явление понимания Братства может приходить нежданно. Люди
сами обращают возможности в препятствия. Один называет Землю кладбищем, ибо на
каждом месте была смерть, но другой считает ту же Землю рождением, ибо каждое
место было зарождением жизни. Оба правы, но первый заточил себя, но второй
освободился для продвижения.
Так ищите сотрудников там, где они
мыслят о новой жизни.
Братство, 584. Новая жизнь есть сотрудничество и
радость о Братстве. Не считайте, что мысли о Братстве уже стары. Они появляются
вечно, как цветы ожидаемые.
Устанет когда-то человечество, так устанет, что возопиет о
спасении, и будет такое спасение в Братстве.
Братство, 589. Человек сотрудничает чаще, нежели
сам предполагает. Он постоянно одалживает психическую энергию. При каждой
материализации выделяется эктоплазма, но кроме такой вещественной выдачи люди
при каждом соприкасании выделяют энергию и как бы объединяются ею. Таким образом,
даже скупец окажется дающим сотрудником. Но забывают
люди о постоянном обмене энергией. Они не понимают это важное действо, ибо
никто не сказал им об излучениях энергии. Только из Источника Братства начали
проникать широко предупреждения о великом значении всеначальной энергии.
Братство, 591. Гармония труда настолько нужна,
что в Братстве на это обращают особое внимание. Советуем иметь несколько работ
начатых, чтобы тем легче согласовать их с внутренним состоянием сознания.
Лучшее качество будет достигнуто таким методом. Хуже, если человек начнет
ненавидеть свою работу по причине преходящих токов.
Утверждаю, что мудрая смена занятий повысит качество труда. Братство учит заботливому отношению к труду.
Братство, 592. При неисчерпаемости богатства Природы трудно
выделить одну часть вне связи с целым. Поистине, все настолько напитано
всеобъемлющим началом, что даже с грубо-материальной стороны не может быть
отделено одно от другого. Возьмите самое малое насекомое, можно ли изучать его
без окружающего, без всех причин воздействий и следствий? Тем труднее
изучать человека отдельно от Природы. Все отрасли познания человека лишь
свидетельствуют об искусственном их подразделении. Биология, физиология,
психология, парапсихология и множество подобных отделов лишь заставляют
спросить — где же человек? Невозможно изучать великий микрокосм без опознания
всеначальной энергии. Лишь такое объединяющее понятие может подвинуть
наблюдения в размеры величия природы человека. При этом будут вспоминаться и
великие понятия, возвышающие дух — среди первых будет Братство.
Братство, 595. Правильна мысль о познавании явлений снизу или сверху.
Обычно познавание накопляется вместе с ростом сознания. Человек, как к вершине
горы, тяжко подымается. Явление наблюдаемое висит над сознанием и подавляет
его. Кажутся трудными многие понятия, и человек
начинает избегать их. Но может быть другой способ познавания — человек
героически возвышает свое сознание и уже сверху наблюдает явление. Таким
образом, самое сложное явление окажется ниже сознания и будет восприниматься
легко. Второй способ восприятия есть путь Братства. Оно мерами суровыми и
вдохновенными пробуждает сознание, ведет его выше, чтобы тем легче воспринять
самые сложные явления. Особенно в период нагнетения и нагромождений нужен такой
способ повышения сознания. Он может применяться в каждой разумной школе, но
пусть он именуется путем Братства.
Братство, 596. Город науки всегда будет мечтою просвещенных людей. Никто
не дерзнет возразить против обители ученых, где в тишине и в мудром общении
будут познаваться истины. Каждый ученый работник будет иметь в своем
распоряжении лучшие аппараты. Можно представить себе, какие открытия
воспоследуют при общей согласованности и при сотрудничестве
всех отраслей науки! Каждый не будет считать идею такого города утопической.
Лишь бы нашлись средства и доброе желание. Но если сказать, что некая Обитель
Знания существует, то множество сомнений и отрицаний обрушится. Если же к слову
наука добавить слово Братство, то непременно будет сказано, что такое
химическое соединение невозможно. Но кто же сказал, что наука и Братство
несоединимы?!
Братство, 601. Также приветствуем и тех школьных учителей, которые
найдут час рассказать ученикам о достоинстве и ответственности человека, об
энергии всеначальной и о всенародных сокровищах. Такие наставники уявят уже
путь труда и достижений. Они найдут гармонию между
приматом духа и здоровьем тела. Книгу знания они внесут в каждое жилье. Жизнь
таких наставников трудна. Пусть в них живет животворная
мечта о Братстве.
Братство, 604. Самость превосходства есть одно из самых позорных
проявлений несовершенства духа. Она не только разлагает все окружающее, но и
остается самым препятствующим условием для продвижения. Необходимо
противоставить такому недугу сильное оздоровляющее средство. Мысль о сотрудничестве и Братстве будет целительна для преобороны
такого опасного недомогания и вызовет новые силы.
В Братстве не может быть самости превосходства, так же как
и самодовольства.
Братство, 605. Наблюдается повсюду увеличение преступности. Никто не
может отрицать, что самые изысканные преступления увлекают слабые человеческие
умы. Меры обычного пресечения не действуют. Так остается надежда, что основа
здоровой кооперации может ввести человечество в границы достойного труда, но призовем и начало Братства.
Братство, (Эпилог)
Когда замутится сознание, когда высшие Понятия отдалятся,
подумайте хотя бы о единении в добрых действиях.
Невозможно отвернуться от всего укрепляющего.
Не будет прочен труд во имя
раздора, неприемлем сор на пороге.
Когда вы будете собираться в путь дальний, тогда утрёте
каждую пыль, чтобы за вами осталось место чисто.
Так будем при всех явлениях жизни помнить
о Средоточии Знания и Справедливости,
о Братстве.
